Выездная проверка уфас картель

Долой картели: как помирить ФАС и бизнес

Выездная проверка уфас картель

При этом количество картелей и иных правонарушений по направлению деятельности ФАС неуклонно возрастает.

В своем интервью для «Консультант Плюс» начальник антикартельного управления ФАС Андрей Тенишев указывал, что за 2016 год число картельных сговоров увеличилось почти на 18,5%, а число сговоров на торгах возросло до 28,5% по сравнению с показателями предыдущих отчетных периодов. При этом, по мнению Тенишева, это только часть от целого, поскольку картельные сговоры отличаются высокой латентностью.

У ФАС еще есть ряд проблем, связанных с выявлением нарушений: отсутствие соответствующих полномочий у инспекторов (пределы их компетенции в настоящее время заканчиваются на сборе и передаче материалов по выявленному картелю правоохранителям) и неуклонный рост картельных соглашений, подкрепленный чувством безнаказанности предпринимателей.

Еще одним фактором, влияющим на работу ФАС, является ненадлежащий интерес правоохранительных органов к антимонопольным делам из-за сложности сбора доказательной базы и отсутствия компетенции в сфере антимонопольного регулирования.

Самые крупные компании, используя лазейки в законодательстве, оспаривают решения ФАС и легко уходят от административной ответственности и многомиллионных штрафов.

Курс на ужесточение

В рамках работы по президентскому поручению уже в январе этого года ФАС разработала новый пакет жестких поправок в антимонопольное законодательство, а также в УК, УПК, КоАП и закон об ОРД.

Сейчас все указанные законодательные инициативы уже прошли или находятся на стадии подготовки заключения ОРВ (оценки регулирующего воздействия), после чего они будут направлены на рассмотрение в правительство.

В частности, поправки в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство уже получили одобрение Минэкономразвития, и в случае их принятия предполагают новые правовые возможности для ФАС: получение материалов ОРД (материалы доследственной проверки), процессуальных объяснений у субъектов предпринимательской деятельности по любым вопросам, возникающим к ним у антимонопольного ведомства, возможность самостоятельно производить выемку интересующей ФАС документации компании в рамках выездной проверки, получать доступ к материалам дел, которые содержат охраняемую законом тайну и персональную информацию (в том числе доступ к телефонным переговорам и переписке).

Расширение полномочий до указанного объема фактически означает, что ФАС приобретает статус полноценной правоохранительной структуры. Кроме этого, в законопроекте речь идет об ужесточении уголовной ответственности по картельным сговорам.

В частности, ФАС предлагает увеличить сроки лишения свободы за участие в картельном сговоре для обычных лиц до четырех лет (сейчас три года), для руководителей и акционеров — до восьми лет (сейчас четыре года), пятикратно увеличить штрафные санкции до 2-3 млн рублей (сейчас от 300 000 до 500 000 рублей), ввести конфискацию денежных средств, ценностей и имущества, приобретенных в результате картельного сговора.

Бизнес проявляет беспокойство

Представители бизнес-сообщества в это время выражают серьезную обеспокоенность инициативами антимонопольного ведомства и уже обратились с письмом к премьер-министру.

В нем предприниматели просили не только отклонить новые поправки в законодательство, но также и декриминализировать уже существующие составы преступлений по картелям в полной мере, а если это не представляется возможным, то, по крайней мере, поднять планки по ущербу для государства и доходам компаний от картельных соглашений, подлежащих уголовному преследованию. Письмо пока находится на стадии рассмотрения, позиция Дмитрия Медведева по этому вопросу неизвестна.

Что касается ФАС, то представители ведомства еще на стадии публичных обсуждений выразили готовность пойти на некоторые уступки, но только в рамках конструктивного диалога с бизнесом.

Доработанная по итогам обсуждения текущая версия законопроекта предполагает двукратное увеличение порогов по государственному ущербу и доходам картельщиков. И, по словам статс-секретаря антимонопольного ведомства, они готовы повышать указанные пороги еще больше.

По мнению ФАС, для крупных картелей необходимо ужесточение уголовного наказания, а для мелких картелей будет достаточно административной ответственности с применением значительных штрафных санкций.

Столкнувшись однажды с крупными штрафами, неотвратимостью ответственности и угрозой уголовного преследования, многие представители бизнеса могут задуматься и отказаться от совершения правонарушений и преступлений в сфере антимонопольного законодательства.

Представляется, что и претензии ФАС, и опасения бизнес-сообщества являются вполне обоснованными. Устойчивый рост картельных сговоров, безусловно, нельзя оставлять без внимания, но с другой стороны, коррупционная составляющая у власть имущих действительно способна любой плюс превратить в минус.

Поэтому, на наш взгляд, необходимо доработать законодательные инициативы ФАС таким образом, чтобы минимизировать коррупционные и иные правовые риски для добросовестных представителей бизнеса. Так что пока противостояние ФАС и бизнеса остается открытым, а последнее слово остается за правительством.

Кого же поддержит Медведев?

Источник: https://www.forbes.ru/biznes/365873-doloy-karteli-kak-pomirit-fas-i-biznes

Пятый антимонопольный пакет и ужесточение уголовной ответственности за картели: быть или не быть?

Выездная проверка уфас картель

pressmaster / Depositphotos.com

В 2018 году бизнес ждут несколько антимонопольных нововведений.

ФАС России подготовил два законопроекта: первый направлен на совершенствование законодательства в условиях развития цифровой экономики, его уже окрестили “пятым антимонопольным пакетом”, а второй призван усилить борьбу с картелями.

Рассмотрим обе инициативы подробнее и разберемся, какие преимущества и недостатки видят в них эксперты.

Пятый антимонопольный пакет

Современными рынками, по словам заместителя руководителя ФАС России Сергея Пузыревского, управляют интеллектуальная собственность и информация: именно информационные технологии определяют формирование современного рынка. В числе новых ключевых характеристик бизнеса представитель ведомства назвал:

  • многосторонность (взаимосвязи участников рынка различны и часто не вписываются в традиционную схему продавец-покупатель);
  • глобальный характер обращения товаров (стираются географические границы);
  • многообразие способов монетизации (например, многие услуги предоставляются бесплатно взамен на информацию, которая впоследствии используется компаниями в собственных интересах).

Развитие цифровой экономики требует пересмотра подходов к антимонопольному регулированию. Именно с этим ФАС России и связывает появление пятого антимонопольного пакета1.

Разработанный регулятором документ предполагает внесение ряда поправок в Федеральный закон от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ “О защите конкуренции” (далее – закон о защите конкуренции).

Ключевые из них касаются следующих вопросов.

Введение новых критериев для определения доминирующего положения на товарном рынке. Таковыми могут стать:

  • владение инфраструктурой (платформой, которая предназначена для организации и обеспечения взаимодействия других хозяйствующих субъектов и/или потребителей);
  • наличие “сетевого эффекта” (зависимость потребительской ценности товара от количества пользователей одной и той же группы либо изменение ценности товара для одной группы пользователей при уменьшении или увеличении количества пользователей в другой группе). То есть получение экономических преимуществ от количества пользователей такой инфраструктуры, в том числе посредством сбора и обработки данных.

Хозяйствующий субъект может быть признан доминирующим только при наличии двух этих критериев.

Предложение новых подходов к контролю экономической концентрации:

  • максимальная открытость информации о рассмотрении ходатайств;
  • новый вид предписания об устранении дискриминационного доступа к данным, в том числе данным о потребителях;
  • введение дополнительного критерия предварительного согласования сделок с ФАС России: объем сделки выше 7 млрд руб. “Естественно, речь не идет о том, чтобы контролировать сделку о покупке какого-то здания и т. д. Нам нужно правильно это сформулировать, чтобы передача информационных технологий или интеллектуальной собственности попала в это поле в том случае, если такая передача приведет к монополизации товарного рынка или ограничению конкуренции”, – пояснил Сергей Пузыревский 12 апреля в ходе организованного газетой “Ведомости” Юридического форума.

Усиление контроля за исполнением предписаний ведомства. Законопроект предусматривает, что при неисполнении предписания антимонопольный орган вправе:

  • обратиться в суд с иском о разрешении использования на территории России в интересах развития конкуренции результатов интеллектуальной деятельности, принадлежащих лицу, которому было выдано предписание;
  • обратиться в суд с требованием о запрете оборота на территории России товаров, производимых и/или реализуемых лицом, которому было выдано предписание.

Совершенствование подходов к координации экономической деятельности.

Авторы инициативы предлагают ввести новое понятие – “ценовой алгоритм”, под которым понимается программное обеспечение, предназначенное для мониторинга цен на товарном рынке, расчета цен на товары, установления цен на товары и/или контроля цен на товары либо совершения действий при участии в торгах. Само по себе применение подобных программ допустимо, если только они не используются для совершения антимонопольного правонарушения. Такое поведение регулятор предлагает считать отягчающим административную ответственность обстоятельством (ст. 14.31-14.32 КоАП). “Если в условиях цифровизации “робот” ищет конкурентов, чтобы сговориться с ними по цене, это должно рассматриваться как правонарушение с применением оружия”, – заявил заместитель руководителя ФАС России.

Упразднение иммунитетов в отношении интеллектуальной собственности. Такое решение разработчики инициативы связывают с тем, что иммунитеты от применения антимонопольного законодательства в отношении результатов интеллектуальной деятельности сдерживают развитие конкуренции в условиях цифровой экономики.

Однако именно в отмене иммунитетов отдельные специалисты видят большой риск. Так, партнер юридической фирмы “Инфралекс” Артур Рохлин уверен, что это прямое посягательство на свободу творческой деятельности и неприкосновенность интеллектуальных прав (ст. 44 Конституции).

Напомним, что сейчас запреты на злоупотребление доминирующим положением не распространяются на действия по осуществлению исключительных прав, а запреты на ограничивающие конкуренцию соглашения – на соглашения о предоставлении и/или об отчуждении права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (ч. 4 ст. 10, ч. 9 ст.

11 закона о защите конкуренции). На практике, уточнил Рохлин, это значит, что невозможно понудить к заключению лицензионного договора, запретить навязывать контрагентам невыгодные условия отчуждения товарного знака, привлечь к ответственности за установление различного вознаграждения по лицензионным договорам и др.

Тогда как отмена интеллектуальных иммунитетов может привести к:

  • антимонопольному воздействию на всех правообладателей, занимающих доминирующее положение;
  • демотивации к осуществлению инновационной деятельности вразрез с государственной политикой по ее стимулированию;
  • снижению инвестиционной привлекательности (в первую очередь в секторах товаров с высокой добавленной стоимостью).

С тем, чтобы не допустить подобных последствий, Рохлин предложил отказаться от идеи полной отмены интеллектуальных иммунитетов, установив возможность применения антимонопольных запретов только при гарантии положительного эффекта от их применения для инноваций и общественного благосостояния.

Тем не менее, в ФАС России такие опасения считают необоснованными. “Положения законопроекта будут распространяться исключительно на товарные рынки и никак иначе.

Мы не меняем Гражданский кодекс, правообладатель будет защищен.

Мы говорим лишь о том, что если интеллектуальная собственность используется для монополизации товарного рынка, мы должны применять антимонопольный инструментарий”, – заверил Сергей Пузыревский.

Ужесточение уголовной ответственности за картели

Если пятый антимонопольный пакет посвящен развитию конкуренции, вторая законодательная инициатива ведомства направлена на ее защиту от преступных посягательств, в частности, от картелей.

Сейчас за создание картеля или участие в нем предусмотрен штраф в размере от 40 тыс. до 50 тыс. руб. – для должностных лиц и от 0,03 до 0,15 размера суммы выручки от реализации товара (работы, услуги) либо размера суммы расходов на приобретение товара (работы, услуги), но не менее 100 тыс. руб. – для юрлиц.

В том случае, когда картель касается соглашения о ценах на торгах либо может повлиять на участников торгов, штраф может составить от 20 тыс. до 50 тыс. руб. – для должностных лиц и от 0,1 до 0,5 начальной стоимости предмета торгов, но не более 0,04 совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) и не менее 100 тыс.

руб. – для юрлиц (ч. 1-2 ст. 14.32 КоАП РФ).

Если же создание картеля причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству (свыше 10 млн руб.) либо повлекло извлечение дохода в крупном размере (свыше 50 млн руб.), нарушителю грозит уголовная ответственность, в том числе штраф до 500 тыс. руб. или лишение свободы на срок до трех лет (ч. 1 ст. 178 Уголовного кодекса).

В 2017 году ФАС России возбудил 360 дел о картелях. Около 1,5 тыс. хозяйствующих субъектов были привлечены к административной ответственности, общая сумма административных штрафов составила почти 2 млрд руб.

При этом было возбуждено только 9 уголовных дел, и ни одно из них не направлено в суд. Вместе с тем ущерб от картелей при госзакупках, по оценке ведомства, составляет 1,5 трлн руб.

ежегодно, что составляет 2% ВВП страны.

С учетом этого ФАС России разработал законопроект2, направленный на ужесточение уголовной ответственности за картели. Документ, в частности, предлагает:

  • привести диспозицию ст. 178 УК РФ в соответствие с определением картеля, указанным в ч. 1 ст. 11 закона о защите конкуренции;
  • закрепить отдельные, квалифицированные составы преступлений для картелей на торгах и антиконкурентных соглашений организаторов торгов и (или) заказчиков с участниками этих торгов;
  • ввести квалифицированные составы преступлений для картелей, заключенных руководителями, членами совета директоров и владельцами организаций;
  • ужесточить ответственность при особо квалифицированных составах преступлений, когда ограничивающие конкуренцию соглашения совершенны организованной группой, с применением насилия или с угрозой его применения, причинили особо крупный ущерб, сопряжены с уничтожением имущества в особо крупном размере либо позволили извлечь доход в особо крупном размере. В этом случае нарушителю может грозить в том числе штраф до 5 млн руб. или лишение свободы до 10 лет;
  • ввести возможность конфискации имущества за заключение картеля и участие в нем;
  • увеличить пороговые значения дохода в крупном размере (свыше 100 млн руб.), дохода в особо крупном размере (свыше 500 млн руб.), крупного ущерба (свыше 20 млн руб.) и особо крупного ущерба (свыше 60 млн руб.).

Более того, ФАС России считает необходимым усовершенствовать взаимодействие ведомства с правоохранительными органами в этой части. В связи с этим еще один представленный на регулятором законопроект3 предусматривает:

  • получение антимонопольным органом персональных данных и данных об абонентах услуг связи;
  • закрепление права антимонопольного органа на изъятие (выемку) документов при проведении выездной проверки;
  • возможность предоставления в антимонопольный орган результатов оперативно-розыскной деятельности и др.

“Важно отметить, что орган, осуществляющий оперативно-розыскную деятельность, не обязан, он лишь будет иметь право предоставить нам материалы, рассекретив их в установленном порядке, чтобы мы могли использовать их при доказывании в наших антимонопольных делах о картелях. Любой картель – соглашение тайное, и никто во всем мире не придумал лучшего способа выявлять любые тайные соглашения, чем проведение оперативно-розыскных мероприятий”, – отметил начальник управления по борьбе с картелями ФАС России Андрей Тенишев.

Вместе с тем инициативу, связанную с усилением уголовной ответственности за картели, некоторые специалисты также восприняли скептически. Партнер юридической группы “Яковлев и партнеры” Екатерина Смирнова обратила внимание на то, что в странах, криминализировавших картели, выделяют две ключевые проблемы:

  • необходимость содержать заключенных, привлеченных к ответственности за картели, а также органы следствия и суды. “Это противоречит теории перераспределения общественного блага от нарушителя к обществу. Общество сначала терпело убытки из-за самого картеля, а теперь содержит правоохранительную и пенитенциарную системы”, – добавила эксперт;
  • картели в общественном сознании не воспринимаются как правонарушение и тем более как преступление. “Лучше всего общественное мнение демонстрирует тот факт, что в ЕГРЮЛ есть 563 юрлица, в названии которых есть слово “картель”. При таком общественном отношении ужесточение и повсеместное применение уголовной ответственности будет восприниматься обществом как несправедливое”, – заключила Екатерина Смирнова.

С учетом этого эксперт сделала следующий вывод: “Россия занимает первое место в мире по числу выявленных картельных нарушений, но по числу назначенных штрафов в 2016 году мы заняли 13-е место.

Следовательно, мы не исчерпали методы административной ответственности, а уже ужесточаем уголовную”. При этом полностью исключать уголовную ответственность юристы не предлагают и советуют учитывать опыт зарубежных стран.

Так, например, в Великобритании картель криминализирован, но есть ряд обстоятельств, исключающих его преступность, если:

  • картель не скрывался от потребителей;
  • картель не скрывался от антимонопольного органа;
  • при вступлении в картель лица обращались за юридической помощью;
  • участники картеля публиковали информацию о его заключении.

Тем не менее, представитель ФАС России отметил необходимость усиления уголовной ответственности за картели.

Безнаказанность, неисполнение норм права, пренебрежение ими приносят гораздо больший вред, чем чрезмерная и несправедливая, по мнению общества, ответственность, убежден Андрей Тенишев.

“Что касается того, что государство понесет расходы, связанные с расследованием преступлений и содержанием преступников, то с учетом того количества картелей, которые мы выявляем ежегодно, можно полностью обеспечить содержание всех преступников, если таковые будут”, – заверил он.

______________________________

Источник: https://www.garant.ru/article/1195501/

Юридичка
Добавить комментарий